Ничего не найдено

Туннель с ярким светом, ощущение выхода из тела, встреча с умершими близкими и вся жизнь, промелькнувшая как кино — эти образы описывают люди по всему миру, независимо от возраста, культуры и религии. Что это — галлюцинации умирающего мозга или нечто большее? Разбираем научные данные.

Вокруг тела человека существуют реальные физические поля — магнитное поле сердца, мозга, сверхслабое свечение клеток. Всё это измерено и задокументировано. Но имеет ли это отношение к «биополю» экстрасенсов? Разбираем честно — с цифрами, источниками из PubMed и заключениями РАН.

Что происходит в мозге, когда человек молится или медитирует? Разбираем ключевые исследования нейробиологов — от первых SPECT-сканирований до «шлема бога» и генетики духовности.

Туннель, свет, выход из тела. Наука долго считала это галлюцинациями — пока не взялась за проверку всерьёз. Что показал проект AWARE и почему вопрос о жизни после смерти остаётся открытым — в нашем материале.

Под каждым лесом — сотни километров грибных нитей. С помощью них деревья обмениваются питательными веществами, предупреждают друг друга об опасности и опознают «родственников». Разбираем Wood Wide Web — что доказано, а что преувеличено, и почему это меняет взгляд на лес.

Двухлетний мальчик из Луизианы просыпается с криком — он горит в самолёте. Называет имя погибшего пилота, авианосец, имя друга. Всё подтверждается. Это один из 2200 случаев в научной базе данных Университета Вирджинии. Разбираем 60 лет исследований детских воспоминаний о прошлых жизнях.

Исследования последних лет показывают: мозг после остановки сердца не затихает мгновенно, а генерирует всплески организованной активности. Разбираем данные нейронауки — от гамма-волн до феномена «просмотра киноленты жизни»

Зимой 1944–1945 годов оккупированный Германией запад Нидерландов остался без еды, и люди ели луковицы тюльпанов. Спустя шестьдесят лет учёные нашли след этого голода на ДНК тех, кто пережил его в утробе матери. Разбираемся, что это за след, передаётся ли он внукам и почему в блокадном Ленинграде всё оказалось иначе.